Посреди спальных районов, являясь их  украшением, воздвигнут именно Дворец: по современным архитектурно-планировочным требованиям, с совершенной хоккейной ареной, просторными помещениями для спортсменов и удобными местами для зрителей, включая VIP-ложи,  с вместительными зонами для  отдыха и быстрого питания, со свободными туалетными комнатами. Хорошая транспортная доступность: рядом со станцией метро, и большая стоянка для личного транспорта. Вот благодаря этим проектным достоинствам и качеству строительных работ, Дворец пользуется заслуженной популярностью у петербуржцев, а для строительного сообщества он стал постоянным, прямо-таки, символическим местом встречи профессионального праздника День строителя.

Одним словом, имиджевая стройка, делающая честь каждому строителю. Мне, в должности генерального директора АО «Трест «Севэнергострой», довелось  в ней участвовать, как говорится, с первого колышка до проведения первого хоккейного матча. Точнее, не с колышка,  а с первого  экскаваторного ковша мусора, т.к.  на площадке будущего комплекса, расположенной в болотистой  пойме речки Оккервиль, поросшей мелким кустарником, многие годы существовала мусорная свалка. Незаконная, но убедительно возобновляющаяся, как это бывает на неиспользуемых пустырях. В советское время наш трест был широко известен на Северо-Западе и в Ленинграде, где построил все крупные тепловые электростанции. Но стать первым подрядчиком уникального городского объекта помогли не столько прежние заслуги, сколько цепочка случайных совпадений. Получилось престижно, но на первых порах драматично, буквально в жанре триллера, характерном для времен «лихих 90-х».

В конце июня 1998 года  ко мне обратился официальный представитель турецкой фирмы «Аларка» с предложением заключить контракт на производство подготовительных и земляных работ по «Ледовому Дворцу». Почему к нашему тресту, без каких-либо конкурсных процедур — это первое совпадение. И оно объясняется тем, что мы с турецкой фирмой параллельно работали на заказчика «Лентрансгаз»: трест накануне ввел вторую очередь газокомпрессорной станции в Юкках на газопроводе Санкт-Петербург – Финляндия, турки – реконструировали новый офис на Ново-Измайловском проспекте. Заказчик-то и дал положительный отзыв о тресте. Сыграл роль и объективный аргумент в нашу пользу: не было достойных конкурентов. Вследствие квазирыночных реформ в городе была развалена система Главленинградстроя и Главзапстроя, новые структуры только набирали силы. Парадокс тогдашнего реформирования – работы нет и работать некому, немногочисленные  денежные подряды захватили инофирмы. На фоне повсеместного строительного коллапса «Трест «Севэнергострой» приобрел репутацию одного из немногих надежных отечественных подрядчиков, потому что в процессе приватизации занял консервативную позицию и сохранил на  десятилетие «советскую» трестовскую структуру со всеми управлениями и стройбазами.  В тисках безденежья продолжали работать по зачетам у энергетических заказчиков и выполнили ряд подрядов с иностранными генподрядчиками, т.е. завоевали определенный авторитет.

Получить подряд на такой важной стройке казалось удачей, как с неба свалилось. Предложение  исходило от фирмы, зарекомендовавшей себя в городе на реконструкции исторического объекта фабрики «Гознак». Поэтому сразу дали согласие, несмотря на то что в договорных условиях присутствовал тревожный юридический нюанс: «заплатим, когда нам заплатят» (начало производственно-финансового триллера). До момента обращения «Аларки» у нас не было никакой информации о Дворце, да её и не могло быть – стройка находилась на стадии «хотелки» и газетной молвы. В условиях безработицы и вынужденной работы «в долг» осознанно решили рискнуть. Неординарный городской объект, зарубежная фирма генподрядчик – вероятность «кидалова» казалась минимальной, хотя в 90-е всякое бывало. В договорной объем работ входили вывоз мусора, подготовка и вертикальная планировка площадки около 30 гектаров, а также выемка котлована под здание стадиона. Оборотные средства съела инфляция, но строительные механизмы и транспорт у нас были собственные, горюче-смазочные материалы получали по зачетам долгов теплоэнергетиков (форма бартера). Обустроили бытовки и 7 июля 1998 года — памятная дата в истории стройки – погрузили первый ковш.

Представители генподрядчика на площадке не показывались, технадзор осуществлял заказчик АО «Дворец спорта». По выполненным работам за июль оплаты нет, за август – нет. Постепенно стали образовываться, получать некоторую информацию, встречаться с генеральным директором АО Изотовым С.М. Изредка на площадке проводил совещания вице-губернатор Санкт-Петербурга Малышев В.И. «Трест «Севэнергострой», как субподрядчика, держали на юридическом расстоянии, чтобы не поднимал вопрос о финансировании и решал оплату с «Аларкой». Держали в неведении, ибо получение конкретной информации могло отпугнуть единственную работающую организацию

Действительное положение вещей граничило с авантюрой. Стройка начата без оформления официального разрешения, без утвержденной проектной документации и без определения источников финансирования. Причина – нельзя было откладывать из-за цейтнота времени.   В общих чертах картина выглядела следующим образом. К проведению в городе  Чемпионата мира по хоккею  2000 года Администрация Санкт-Петербурга  выступила с инициативой  построить новый спортивный стадион. Да начала игр 29 апреля 2000 года  оставалось два с половиной года. На бюджетные средства рассчитывать было напрасно, надо было привлекать инвесторов.. При этом были необходимы гарантии федерального бюджета —  городских не хватало. Уже в процессе осуществления проекта цифра капитальных вложений оглашалась в 80 млн. долларов.

Надеясь обосновать свою программу подготовки  к Чемпионату и получить согласие Правительства РФ, Губернатор Яковлев В.А. 23.10.1997 г. выпускает Распоряжение о выполнении проектно-изыскательских работ по спортивному комплексу; надо  понимать под этим ТЭО, задание на проектирование, т.е. предпроектные работы. За образец  принимается введенная в 1997 году в Хельсинки хоккейная арена на 14 тыс. зрителей.  Проведены предварительные переговоры  для привлечения в качестве генподрядчика финской фирмы «Сканска» и генпроектировщика «ИглГрупп», которые строили арену. В декабре 1997 г. учреждено АО «Дворец спорта», которому предписывалось «организовать за счет собственных и привлеченных средств строительство комплекса». Собственных не хватало даже на карандаши, инвесторов за  полгода найти не удалось, видимо отсутствовали твердые гарантии. Время уходило, вот и пришлось начать волюнтаристским порядком и за счет подрядчика, как-то уговорили «Аларку», которую в принципе не рассматривали в качестве  основного генподрядчика.

Деньги за август не заплатили, а в сентябре турецкая компания вышла из игры, расторгнув контракты с заказчиком и с «Севэнергостроем». Уход «Аларки» пошел тресту на пользу, мы стали юридической стороной, перезаключив контракт напрямую с заказчиком, хотя у него за душой не было ни гроша. Триллер продолжался, неопределенность «быть или не быть стройке» держала всех причастных к её неформальному открытию в напряжении, создавая тревожные ожидания и желание поскорее выпутаться из скверного положения. Пессимизм добавил государственный дефолт 17 августа 1998 года.

У нас не было другой альтернативы, как оставаться в   одной лодке с губернаторской командой, где трест признали достойным партнером. Отступать было нельзя, слишком велик был долг, показывали активную работу. В производственном плане помехи доставляла дождливая  погода в августе-сентябре.  На мусорном полигоне в п.Янино привезенный болотистый грунт растекался, занимал большую площадь, и к отвалу было не подъехать. Но это все рабочие моменты, дополнительные затраты. Главное, из-за долгов заказчика не хватало оборотных средств, конкретно  на зарплату работникам. При всех трудностях в сентябре закончили планировку территории с замещением торфа, сделали подъездные дороги, в октябре выкопали полностью котлован под стадион и сдали пластовый дренаж. Всего «перелопатили» более 100 тысяч кубометров грунта, выемки и засыпки.

Фото: Декабрь 1998 г. Общий вид стройплощадки

Площадка приобрела вполне презентабельный вид – это уже были не кучи мусора в кустах — стройка фактически выглядела действующей, и её можно было показывать  инвесторам. Что и делали губернаторские «ходоки» (Малышев В.И., Большаков А.А., Изотов С.М.), проводя переговоры с банками.  В октябре промелькнул свет в конце тоннеля: заказчик получил небольшой кредит (наверное, за счет гарантий города) и проплатил поставку свай. На площадке появился второй подрядчик «Трест 28» (Сенченко В.В.), и мы напару стали забивать составные ж.б. сваи общей длиной до 24 метров, один копер у нас и два у «Треста 28». Одновременно «Севэнергострой» осуществлял генподрядные функции: подъезды, энергоснабжение, освещение, охрана.

Фото: Декабрь 1998 г. В котловане Ледового Дворца слева направо: директор АО «Дворец спорта»    Изотов С.М., губернатор Санкт-Петербурга Яковлев В.А., председатель КГА Харченко О.А., заместитель директора АО «Дворец спорта» Артамонов А.П., генеральный  директор АО «Трест «Севэнергострой» Нестеров В.И.  

Надо отметить, что с самого начала на стройплощадке незримо присутствовал проектировщик ЗАО «Гипробум», которого подрядила «Аларка» одновременно с нами (потом договор переоформили с заказчиком). В его задачу входило запроектировать нулевой цикл, включая котлован, свайное основание,  фундаменты под каркас и силовую плиту на отметке 0.0 Выпустить рабочие чертежи надлежало до разработки основного проекта, объемно-планировочных решений и нагрузок. Институт, известный тресту по совместной работе на ТЭЦ-4 Светогорского ЦБК, оказался  в таком же подвешенном состоянии по финансированию и без четкого задания по проектированию. Ставка по проектным делам  делалась на  фирму «ИглГрупп», но даже после её вступления в статус генпроектировщика, проектирование «нуля» осталось за «Гипробумом». На этапе погружения свай, ещё до прихода «Сканска», мы очень тесно взаимодействовали с «ЛенТИСИЗом» и «Гипробумом». От последнего на площадке присутствовал представитель авторского надзора, контролирующий каждую сваю.

Особое  внимание городской администрации к стройке объяснялось ещё и тем, что Владимир  Анатольевич  Яковлев включил  ввод Ледового Дворца в свою предвыборную программу при выдвижении на второй губернаторский срок, выборы должны были состояться в мае, сразу после окончания игр Чемпионата. В ноябре 1998 года наверху очевидно определились с его лидерством в выборной компании и дали отмашку инвестору – им стал Сбербанк.  Для нас свершилось долгожданное  событие: после почти пяти месяцев трест получил оплату в рублях, как договаривались с «Аларкой»,  с пересчетом долларовых цен по курсу на момент оплаты. Приятно вспомнить, что после дефолта и роста курса доллара прилично выиграли. Кому – горе,  кому – радость. На стройке, как бы, открылось второе дыхание, добавился скандинавский дух, оформлялся контракт со «Сканска».

Управляюший персонал «Сканска» появился на стройплощадке в декабре, начинали не на пустом месте. К их приезду было переоборудовано под офис находящееся рядом здание бывшего детсада. Сама территория стройки была огорожена, спланирована, выполнены котлован и свайное поле.

Тресту «Севэнергострой» приходилось работать на одной площадке с финскими строителями ещё в советское время на Светогорском ЦБК и в середине 90-х выполнить крупный субподряд для фирмы «Полар» на Северо-Западной ТЭЦ. Требования и принципы организации строительства были нам известны. Без преувеличения финнов можно назвать в числе лучших строителей в мире. Они имеют вековой опыт, но при этом  отдают первостепенное значение строительной науке. Для них организация строительства, технология, механизация работ, автоматизация управления, теперь цифровизация, — не теоретические категории, а практическое применение на любом объекте. Ключевое требование – график работ, они умеют максимально совместить работы и добиться исполнения сроков каждым субподрядчиком, что требовалось в данном случае. Наиболее отличительная черта —  управление стройкой находится непосредственно на площадке, без бюрократических пирамид.

Трест первым начал строительство Дворца и стал  первым субподрядчиком у «Сканска»: нами были выиграны и исполнены тендеры по крупным конструктивным узлам здания стадиона. Это – нулевой цикл, каркас здания с монтажом цокольных панелей по периметру, монтаж трибун и перекрытий здания, стеновые ограждения VIP-лож из сэндвич-панелей, монолитные участки перекрытий в районе пилонов, монолитная ж.б. плита игрового поля, перегородки и отделочные работы коммерческих помещений в стилобате здания и помещений быстрого питания в зонах отдыха.

Фото: Бетонирование ростверка фундамента

Фото: срубка свай. Подготовка

Фото: Работы нулевого цикла

Работы по нулевому циклу трест начал до прихода финнов: вели рубку свай, бетонирование подготовки и ростверков. Далее, после выхода полного комплекса чертежей, оформили выполнение подземной части договором с генподрядчиком и закончили по  графику в июне. Это серьезное инженерное сооружение,  вызванное грунтовыми условиями и необходимостью опережающей выдачи рабочей документации по нулю до полной разработки проекта и сбора нагрузок. С определенным запасом прочности, опять-таки из-за цейтнота времени. Фундаментная система, запроектированная  «Гипробумом», представляет собой  силовую ж.б. плиту, опирающуюся на мощные балки, расположенные в кольцевом и радиальном направлениях,, которые в свою очередь опираются на ростверки по кустам свай. В силовой плите, пересекая балки, проходят монолитные каналы для инженерных коммуникаций. В плане напоминает паутину. Протяженность балок и каналов составляет более двух километров, множество  типоразмеров из-за овальной формы здания. Общий объем бетона нулевого цикла около 8 тысяч кубометров; сдача готовых участков проводилась по графику, увязанному с монтажом каркаса здания.

Фото: Бетонирование силовой плиты

Специфика архитектурных и объемно-планировочных решений стадиона затрудняла применение принципа модульности, слишком много различных по форме конструктивных узлов и типоразмеров. Поэтому следует назвать оригинальным и смелым финское решение запроектировать каркас надземной части и конструкции трибун в сборном ж.б. варианте . Раньше в России  разместить подобный заказ было немыслимо, на заводах стройиндустрии не имелось необходимых технологий. Генподрядчик «Сканска» смог решить с заводом «Паркон» изготовление таких сложных железобетонных изделий, как колонны с консолями с 3-х и 4-х сторон, ригели нестандартного очертания, косоуры под трибуны, опорные конструкции сидений трибун различного типа. Про плоские плиты перекрытий разной длины и формы — нет речи.

Фото: Монтаж каркаса здания

К монтажу каркаса наше управление приступило в феврале. Темп определялся темпами поставки конструкций: максимальный объем 1200 куб.метров в месяц, всего около 5 тысяч кубометров. Проекты производства монтажных работ согласовывали с генподрядчиком, выполняющим обязанности поставки. В качестве монтажных механизмов использовали стреловые гусеничные краны грузоподъемностью 25 тонн и 50-тонный кран для монтажа трибун. Квалификация нашего персонала, механизмы, приспособления и оснастка не вызывали нареканий. Первой значимой датой была передача в мае каркаса под установку ферм покрытия длиной от 60 до 96 м управлению «Севзапстальконструкция» (Лопуха В.К.). Работа  заняла два месяца, включая профнастил, и с начала июля следующий субподрядчик «Технониколь» приступил к укладке утеплителя из пеноплекса и устройству мягкой кровли.

Фото: Монтаж ферм покрытия

Сроки называю не по памяти: сохранился фотоотчет хода строительства со снимками на начало каждого месяца, начиная с 01.12.1997г., т.е. с прихода «Сканска». Перед глазами наглядно предстаёт картина основных этапов:

Фото: Май 1999 г. в монтажной зоне каркаса трибун. В центре Яковлев В.А., Малышев В.И., Изотов С.М.

Работы продолжались вплоть до последнего дня, и объект стал готов для открытия игр Чемпионата буквально «на флажке». Фирма «Сканска» записала в свой актив очередной строительный рекорд. Построить за полтора года уникальное сооружение такого масштаба удалось, в первую очередь, за счет творческого подхода к применению принципов индустриализации строительства на нетиповом, неординарном объекте. Перенос трудозатрат с площадки на заводы стройиндустрии  позволил собрать и закрыть коробку здания  в невероятно короткий срок — с февраля по ноябрь. Ускорение достигнуто за счет присущих  финским строителям современных методов организации производства, строгой технологической дисциплины, хозяйского порядка на площадке и информатизации процессов управления. Лавры достались «Сканска», но объективно надо признать, что все субподрядчики, непосредственные исполнители, за исключением АВВ, были отечественными.

Город, его жители, молодежь получили спортивный и культурно-досуговый объект высочайшего класса. Он построен в трудное для страны время, и в его появлении главная заслуга принадлежит губернатору Яковлеву В.А. Его авторитет и личная настойчивость, а также  предприимчивость и энергичность ближайших соратников, действующих в пределах законной компетенции и порой на грани фола, привели к поставленной цели достойно принять Чемпионат мира  и ускорить на 5-10 лет появление Ледового Дворца.

Владимир Анатольевич не побоялся риска, ведь на чаще весов было его политическое лидерство: задержка инвестиционных гарантий еще на месяц-два вела к непредсказуемым результатам, . . .  и  для Треста «Севэнергострой», особенно.  Замораживание стройки грозило финансово-хозяйственной катастрофой для треста. Тогда, а теперь тем более, вряд ли кто оценит, что начало строительства Ледового Дворца за счет собственных оборотных средств решало судьбу этого объекта. Если бы  вслед за «Аларкой» ушли  мы, за стройкой закрепилась бы дурная слава – это была бы подножка сторонникам Дворца

Мы были самыми крупными и надежными партнерами «Сканска». В знак благодарности я получил от фирмы приглашение вместе  с супругой посмотреть одну из игр Чемпионата в их VIP-ложе. Для российской сборной по хоккею Чемпионат 2000 года запомнился как самый позорный из всех состоявшихся. Такое, видимо, поганое время было для всех.

Но Дворец остался на пользу и радость людям, петербуржцам!